Билет бағасы

Прейскурант цен 27062017

Батима Заурбекова. "Ұлы дала өрнектері"

Батима Заурбекова

Сәуле Сүлейменованың көрмесі

афиша  сауле сулейменова 1

Люба Стерликова

Взят в руки целый мир…

Осип Мандельштам

Этот лабиринт – лишь малая часть другого, лабиринта времени…

Хорхе Луис Борхес

          Философия визуального Любы Стерликовой неотделима от современных философских парадигм пространства и времени, открывая образные актуальности в их интеллектуальных слоях. Фиксируя реальность, обозначая ее, позиция художницы балансирует на грани объективного и субъективного, между наблюдателем и участником, скрывая в отстраненности, в аскезе научно-художественного свидетельства свое личное переживание. Она способна приближать и удалять реальность, приобретая качества «машины зрения», обладающей сверхличным началом. Художница нуждается в метафизике зрения, в ее «научной оптике» как в новой оптической инструментальности, способной регистрировать толчки, покачивания, колеблющиеся состояния нашей виртуальной цивилизации. «Абстрактная картина» Любы Стерликовой возвращает свою абстрактность в современную культуру, но уже в другом, не в традиционно живописном измерении – она окрашивается рефлексией, ее образность интеллектуализируется и порой лишается предметной реальности. Ее формы наглядно подчёркивают качественно новые связи искусства с философией языка, где зрение встречается с чистым сознанием. Абстрактность здесь отождествляется не только с безграничностью материи, но с безграничностью и вариативностью концептуальных визуальных размышлений о качестве окружающего нас мира. Художницу интересует картина не как ренессансное окно, а картина как система коммуникационных связей, как интеграл смыслов, как его контекст, раскрывающийся только через полноту визуального интеллектуального опыта. Люба Стерликова в этой концепции осознает себя воспринимающим и воспринимаемым, который не только «смотрит» сам, но, главное, на которого «смотрят» и, к которому обращен взгляд сущего. Присутствие реальности в этом экологическом художественном поведении воспринимается как ее органическая жизнь, в ритмических состояниях равновесия и пульсации внутренней энергии – как прилив и отлив, приход и уход, вдох и выдох, где Да постоянно чередуется с Нет, меняя полярности и вновь возвращаясь в Да.

Художник в самом высоком смысле этого слова, Люба Стерликова переживает линию, контур, след жизни не только как намеченный пунктир, который воспроизводится в пластической феноменальности композиции. Она рассматривает реальность визуального как собственное физическое состояние, как собственный путь к событию или явлению, превращая любой пластический анализ в присутствие личной экзистенции в космических моделях.

          В этих странных и пронзительных протяженностях времени и культуры скрывается загадка Любы Стерликовой, таясь в ее необъяснимой миссии восстановления и возвращения утраченного, напоминая о непрерывности жизни поколений, о сопутствующий ей космических событиях и, в конце концов, о невозможности ее уничтожения. Очевидно, искусство Любы Стерликовой знает особый секрет, оно хранит в себе ключ к тем ситуациям, что составляют великий театр жизни, готовый умирать и возвращаться, безгранично расширяясь как наша Вселенная. Это искусство располагается в пограничных пространствах между прошлым и будущим, сном и бодрствованием, когда разум оказывается способным открывать безграничность космических координат и когда осознаешь возможность единения с сущим.

          Каждое произведение Любы Стерликовой позволяет проникнуть во внутренние измерения художественной реальности, пребывать в идеальном. Его топография живет космическими пространственными формами, приглашая участвовать в мистереальной творящейся образности, превращающей зрителя в участника. Оно не знает дистанции, сначала оказываясь как бы сценой, событием наблюдения, но тут же втягивает тебя в свою волшебную слоистость, где время, дойдя до своих пределов, останавливается и замирает. В самой структуре творчества Любы Стерликовой, в драматургии непрестанного процесса мысли и настойчивого вопрошания реализуется великий круговорот культуры и истории. «Визуальные тексты» художницы открываются как мерцающие смыслы, как океаническое покачивание. Их образы стремятся вернуться к самим истокам рождения мира, когда потоки творческого созидающего света разделили небо и землю и весь мир предстал в озарении космическим кристаллом с бесчисленными гранями. Пластическая зеркальность в этих стратегиях удваивает, умножает нашу реальность, вводит в нее новые измерения, взрывая традиционную оболочку линейной и однозначной оптики. Художница воссоздает критическую мощь первообраза, его предельную обнаженность, когда человек остается наедине с самим собой, сливаясь с окружающим пространством, наделяя современную культуру, ее метафизическую иконологию первозданной силой.

          Внутренняя организация произведений Любы Стерликовой, их классическая структура естественно формируется в своих сгущениях, наплывах и соединениях как горизонтальная модель нового художественного сознания. Уникальная технология живописи художницы, ее способность комментировать и описывать саму себя порождает эффект картины как некоего живописного объекта, где сама живопись формируется как идеальный ген искусства, подчиняясь универсальному коду Вселенной.

          В этой системе координат искусство Любы Стерликовой начинает напоминать грандиозное величественное поле битвы за идеалы, где в сценах космических одиссей проглядывает земное пространство нашей планеты. Это искусство повисает в границах будущего, в своей эстетической экологии, в феномене охранительных символах, никогда не забывая о катастрофах, превращая трагическое в гармонические идеалы и образы счастья художественной реальности.

Виталий Пацюков